30 фактов о жизни поэта и декабриста Александра Одоевского

В не слишком долгую даже для XIX века жизнь Александра Одоевского (1802 — 1839) вместилось множество событий, большинство из которых были неприятными, а некоторые и вовсе катастрофами. При этом молодой талантливый поэт совершил, по сути, всего одну большую ошибку, вступив в так называемое Северное общество. Это общество, состоявшее, в основном, из молодых офицеров, готовилось произвести в России демократический переворот. Попытка переворота была совершена 18 декабря 1825 года, а её участников назвали декабристами.

Одоевскому на момент вступления в общество было всего 22 года. Он, конечно, разделял демократические идеи, но в самом широком смысле этого понятия, как и все декабристы. Позже М. Е. Салтыков-Щедрин метко охарактеризует эти идеи как «хотелось то ли конституции, то ли севрюжины с хреном». Александр оказался в нужное время в ненужном месте. Не пойди он на собрание Северного общества, и Россия получила бы поэта, возможно, талантом лишь немного уступавшего Пушкину.

Вместо поэта Россия получила каторжника. Треть своей жизни Одоевский провёл за решёткой. Он писал стихи и там, но неволя не всем помогает раскрыть таланты. А по возвращении из ссылки Александра подкосила смерть отца — он пережил родителя всего на 4 месяца.

1. Поверить в это сейчас достаточно сложно, но громкое имя князей Одоевских (с ударением на втором «о») действительно происходит от названия нынешнего посёлка городского типа Одоев, находящегося в западной части Тульской области. В XIII — XV веках Одоев, в котором сейчас официально проживает 5,5 тыс. человек, был столицей приграничного княжества. Семён Юрьевич Одоевский (пращур Александра в 11 поколениях) вёл свою родословную от дальних потомков Рюрика, а при Иване III перешёл под руку Москвы из Великого княжества Литовского. Собирать русские земли начинали с нынешней Тульской области…

2. Среди предков А. Одоевского были видный опричник Никита Одоевский, казнённый Иваном Грозным, новгородский воевода Юрий Одоевский, действительный тайный советник и сенатор Иван Одоевский. Писатель, философ и педагог Владимир Одоевский приходился Александру двоюродным братом. Именно на Владимире пресёкся род Одоевских. Титул передали начальнику дворцового управления Николаю Маслову, который был сыном княжны Одоевского, однако и царский управделами потомства не оставил.

3. Отец Александра сделал классическую для дворянина тех лет военную карьеру. На военную службу поступил в 7 лет, в неполные 10 стал сержантом Лейб-гвардии Семёновского полка, в 13 получил чин прапорщика, в 20 стал капитаном и адъютантом князя Григория Потёмкина. За взятие Измаила получил специально учреждённый крест. Это означало если не опалу, то потерю расположения — адъютанты в те годы получали кресты или шаги с бриллиантами, тысячи рублей, сотни душ крепостных, а тут крест, который почти поголовно выдали всем офицерам. Иван Одоевский переводится в Софийский полк и начинает воевать. За сражение под Брест-Литовском он получает золотую шпагу. Командовал там А. Суворов, так что шпага должна быть заслуженной. Дважды, уже в чине генерал-майора, И. Одоевский уходит в отставку и дважды его возвращают на службу. В третий раз он возвращается сам, возглавив пехотный полк ополчения в войне против Наполеона. Дошёл до Парижа и ушёл в отставку окончательно.

4. Образование Саша Одоевский получал домашнее. Родители не чаяли в довольно позднем первенце (когда родился сын, Ивану Сергеевичу было 33 года, а Прасковье Александровне 32) души и особо преподавателей не контролировали, ограничиваясь заверениями в прилежании мальчика, тем более что он успешно осваивал и языки, и точные науки.

5. Время покажет, что ещё успешнее он усваивал суждения преподавателя истории Константина Арсеньева и учителя французского Жана-Мари Шопена (между прочим, секретаря канцлера Российской империи князя Куракина). Парочка в ходе уроков разъясняла Александру, как пагубны извечное российское рабство и деспотизм, как они сдерживают развитие наук, общества и литературы. Другое дело во Франции! И настольными книгами мальчика стали произведения Вольтера и Руссо. Чуть позже Арсеньев тайно подарил Александру собственную книгу «Начертание статистики». Главной идеей книги была «совершенная, никем не ограниченная свобода».

6. В 13 лет Александр стал канцеляристом (с присвоением чина коллежского регистратора) ни много, ни мало, а в Кабинете (личном секретариате) его величества. Через три года, не появляясь на службе, юноша стал губернским секретарём. Этот чин соответствовал поручику в обычных армейских частях, прапорщику или корнету в гвардии и мичману во флоте. Однако когда Одоевский ушёл с гражданской службы (не проработав фактически ни дня) и поступил в гвардию, корнета ему пришлось выслуживать заново. На это у него ушло два года.

Александр Одоевский в 1823 году 

7. В общество декабристов Одоевского ввёл писатель Александр Бестужев. Двоюродный брат и тёзка Александра Грибоедов, хорошо зная пылкость родственника, пытался предостеречь его, но тщетно. Грибоедов, кстати, тоже был всецело за прогресс, но прогресс продуманный и умеренный. Широко известно его высказывание о ста прапорщиках, тщащихся изменить государственное устройство России. Грибоедов в лицо называл будущих декабристов дураками. Но Одоевский не прислушался к словам старшего (автор «Горя от ума» был на 7 лет старше) родственника.

8. Свидетельств поэтического дара Одоевского до восстания декабристов не сохранилось. Известно только, что стихи он точно писал. Минимум о двух стихотворениях остались устные свидетельства нескольких человек. В стихотворении о наводнении 1824 года поэт высказал сожаление, что вода не уничтожила всю царскую семью, попутно описав эту семью весьма зловещими красками. Второе стихотворение было приобщено к материалам дела против Одоевского. Оно называлось «Безжизненный град» и было подписано псевдонимом. Николай I поинтересовался в князя Сергея Трубецкого, верна ли подпись под стихотворением. Трубецкой сразу «раскололся», и царь приказал сжечь листок со стихом.

Одно из писем Одоевского со стихотворением 

9. Одоевский вступил во владение немалым имением покойной матери в Ярославской губернии, то есть материально был обеспечен прекрасно. Он снимал огромный дом рядом с Конногвардейским манежем. Дом был так велик, что, по словам Александра, дядька (слуга) иной раз не мог найти его утром и блуждал по комнатам, окликая подопечного. Как только Одоевский примкнул к заговорщикам, они стали собираться в его доме. А Бестужев и вовсе переселился к Одоевскому на постоянной основе.

10. Отец, толком ничего не зная об участии в тайном обществе, видимо, чувствовал, что сын в опасности, сердцем. В 1825 году он прислал Александру несколько гневных писем, призывая его приехать в имение Николаевское. Благоразумный отец в письмах упрекал сына исключительно в ветрености и легкомыслии. Позже оказалось, что дядька Никита своевременно информировал Ивана Сергеевича не только о завязавшейся у Одоевского-младшего интрижке с замужней женщиной (про неё известны только инициалы — В. Н. Т.) — но и о речах, звучащих в доме Александра. Характерно, что сын, собравшийся крушить тиранов и свергать самодержавие, боялся отцовского гнева.

11. 13 декабря 1825 года Александр Одоевский вполне мог решить вопрос устранения Николая I без всякого восстания. Ему выпало дежурить сутки в Зимнем дворце. Разводя солдат для смены часовых, он даже потревожил чуткий сон царя — Николай только что получил донос Якова Ростовцева о готовящемся наутро восстании. На следствии Николай вспомнил Одоевского. Вряд ли он испытал к юному корнету какие-то добрые чувства — его жизнь почти буквально находилась на кончике шпаги Александра.

Смена караула у Зимнего дворца 

12. Весь день 14 декабря Одоевский провёл на Сенатской, получив под командование взвод Московского полка. Он не бежал, когда по восставшим ударили пушки, а руководил солдатами во время попытки построиться в колонну и направиться к Петропавловской крепости. Лишь когда ядра повредили лёд и он начал проваливаться под тяжестью солдат, Одоевский попытался бежать.

13. Побег Одоевского был настолько плохо подготовлен, что Александр вполне мог оставить царских следователей без части их огромной работы. Он взял одежду и деньги у знакомых, намереваясь ночью идти по льду в Красное Село. Однако, заблудившись и чуть не утонув, князь вернулся в Петербург к своему дяде Д. Ланскому. Тот отвёз пребывавшего в беспамятстве молодого человека в полицию и уговорил полицмейстера А. Шульгина оформить Одоевскому явку с повинной.

14. На допросах Одоевский вёл себя так же, как большинство декабристов — охотно рассказывал о других, а свои действия объяснял помутнением рассудка, горячкой и усталостью после суточного дежурства в Зимнем дворце.

15. Николай I, Зашедший на один из первых допросов, был настолько раздосадован показаниями Александра, что принялся упрекать его принадлежностью к одному из самых старых и самых знатных родов империи. Впрочем, царь быстро опомнился и приказал увести арестованного, а на Одоевского эта филиппика никакого воздействия не произвела.

Николай I сначала сам участвовал в допросах и ужаснулся размахом заговора 

16. Иван Сергеевич Одоевский, как и родственники других участников восстания, написал Николаю I письмо с просьбой о милосердии к сыну. Письмо это написано с большим достоинством. Отец просил дать ему возможность перевоспитать сына.

17. Написал царю и сам А. Одоевский. На покаяние его письмо не похоже. В главной части послания он сначала сообщает, что наговорил на допросах лишнего, озвучив даже собственные догадки. Затем, противореча сам себе, Одоевский заявляет, что может поделиться ещё кое-какой информацией. Николай наложил резолюцию: «Пусть пишет, видеть его мне некогда».

18. В равелине Петропавловской крепости Одоевский впал в депрессию. Немудрено: старшие товарищи занимались заговорами кто с 1821, а кто и с 1819 года. За несколько лет можно как-то приучить себя к мысли о том, что всё откроется, и тогда заговорщикам придётся нелегко. Да и товарищи «с опытом», пресловутые герои 1812 года (их среди декабристов, вопреки устоявшемуся мнению, было совсем немного, примерно 20%), как видно из протоколов допросов, не стеснялись облегчить свою участь оговорами соучастников, а уж, тем более, солдат.

Камера в Петропавловской крепости 

19. В Петропавловской крепости Одоевский находился в камере, расположенной между камерами Кондратия Рылеева и Николая Бестужева. Декабристы вовсю перестукивались через смежные стены, вот только с корнетом ничего не вышло. Он то ли от радости, то ли от злости, услышав стук в стену, начинал скакать по камере, топать и стучать во все стены. Бестужев в мемуарах дипломатично написал, что Одоевский не знал русской азбуки — случай среди дворян весьма нередкий. Однако Одоевский весьма хорошо говорил и писал по-русски. Скорее всего, буйство его объяснялось глубоким отчаянием. И Александра можно понять: ещё неделю назад ты разводил посты у царской спальни, а сейчас ждёшь виселицы или плахи. В России наказания за злоумышление на особу императора не блистали разнообразием. Члены следственной комиссии в протоколе упомянули о его повреждённом уме и о том, что полагаться на его показания нельзя…

20. С приговором Александру, да, впрочем, и всем декабристам, кроме пяти повешенных, откровенно повезло. Мятежникам, с оружием в руках выступившим против законного императора, сохранили жизнь. Их только приговорили к смерти, но Николай тут же смягчил все приговоры. Повешенным тоже — их приговорили к четвертованию. Одоевский был приговорён по последнему, 4 разряду. Он получил 12 лет каторги и бессрочной ссылке в Сибирь. Чуть позже срок уменьшили до 8 лет. Всего, считая со ссылкой, он отбывал наказание 10 лет.

21. 3 декабря 1828 года Александр Грибоедов, готовившийся отправиться в своё роковое путешествие в Тегеран, написал письмо главнокомандующему русской армией на Кавказе и, фактически, второму человеку в государстве, графу Ивану Паскевичу. В письме мужу своей двоюродной сестры Грибоедов просил Паскевича принять участие в судьбе Александра Одоевского. Тон письма напоминал последнюю просьбу умирающего. Грибоедов погиб 30 января 1829 года. Одоевский пережил его на 10 лет.

Александр Грибоедов до последних дней заботился о двоюродном брате

22. На каторгу Одоевского везли (обычные каторжане шли пешком) за казённый счёт. Путь от Санкт-Петербурга до Читы занял 50 дней. Александр и три его спутника — братья Беляевы и Михаил Нарышкины — прибыли в Читу последними из 55 заключённых. Для них специально выстроили новый острог.

Читинский острог

23. Каторжный труд в тёплый сезон заключался в благоустройстве острога: осуждённые рыли водоотводные канавы, укрепляли частокол, ремонтировали дороги и т. п. Никаких норм выработки не было. Зимой нормы были. Заключённые были обязаны 5 часов в день молоть муку ручными мельницами. В остальное время узники были вольны беседовать, играть на музыкальных инструментах, читать или писать. К женатым счастливчикам приехали 11 жён. Им Одоевский посвятил специальное стихотворение, в которых называл добровольно ссыльных женщин ангелами. Вообще, в остроге он писал много стихов, но лишь некоторые произведения отваживался давать читать и переписывать товарищам. Другим занятием Александра было преподавание товарищам русского языка.

Общая комната в Читинском остроге

24. Стихотворение, которым знаменит Одоевский, было написано в течение одной ночи. Точная дата написания неизвестна. Известно, что оно было написано как ответ на стихотворение Александра Пушкина «19 октября 1828 года» (Во глубине сибирских руд…). Письмо было доставлено в Читу и передано через Александрину Муравьёву зимой 1828 — 1829 годов. Декабристы поручили Александру написать ответ. Говорят, что под заказ поэты пишут плохо. В случае со стихотворением «Струн вещих пламенные звуки…», ставшим ответом Пушкину, это мнение неверно. Не лишённые недостатков строки стали одним из лучших, если не самым лучшим, произведением Одоевского.

25. В 1830 году Одоевского вместе с другими обитателями Читинского острога перевели в Петровский завод — крупный посёлок в Забайкалье. Здесь каторжан также не обременяли работой, поэтому Александр, кроме стихов, занимался ещё и историей. Воодушевили его присланная из Петербурга литературная пресса — в «Литературной газете» и «Северной пчеле» были анонимно напечатаны его стихи, отправленные ещё из Читы через Марию Волконскую.

Петровский завод 

26. Двумя годами позже Александра отправили на поселение в посёлок Тельма. Отсюда он под давлением отца и генерал-губернатора Восточной Сибири А. С. Лавинского, приходившимся Одоевским дальним родственником, написал императору покаянное письмо. Лавинский приложил к нему положительную характеристику. Но бумаги произвели обратное действие — Николай I не только не помиловал Одоевского, но ещё и возмутился тем, что тот живёт в цивилизованном месте — в Тельме находился крупный завод. Александра отправили в село Елань, под Иркутск.

А. С. Лавинский и Одоевскому не помог, и сам служебное взыскание получил 

27. В Елани, несмотря на ухудшившееся состояние здоровья, Одоевский развернулся: купил и обустроил дом, завёл (с помощью местных крестьян, конечно) огород и живность, для чего выписал много разнообразной сельхозтехники. За год он собрал отличную библиотеку. Но на третий год привольной жизни ему снова пришлось переезжать, на этот раз в Ишим. Там обустраиваться не пришлось — в 1837 году император заменил Одоевскому ссылку службой рядовым в войсках на Кавказе.

28. Приехав на Кавказ, Одоевский познакомился и подружился с Михаилом Лермонтовым. Александр, хоть и состоял формально рядовым 4 батальона Тенгинского полка, жил, столовался и общался с офицерами. При этом он не прятался от пуль горцев, чем заслужил уважение боевых товарищей.

Портрет, написанный Лермонтовым 

29. 6 апреля 1839 года умер Иван Сергеевич Одоевский. Известие о кончине отца произвела на Александра оглушающее впечатление. Офицеры даже установили за ним наблюдение, чтобы не дать ему покончить с собой. Одоевский перестал шутить и писать стихи. Когда полк отвели на строительство укреплений в форт Лазаревский, солдаты и офицеры стали массово болеть лихорадкой. Заболел и Одоевский. 15 августа 1839 года он попросил товарища приподнять его в кровати. Едва тот успел это сделать, Александр потерял сознание и через минуту скончался.

30. Похоронили Александра Одоевского за стенами форта, на самом береговом откосе. К сожалению, на следующий год русские войска ушли с побережья, и форт захватили и сожгли горцы. Разгромили они и могилы русских солдат, в том числе и могилу Одоевского.

x
Голосуй звездами!
ПлохоТак себеНормальноХорошоОтлично! (1 голосов, среднее: 5,00 из 5)
Загрузка...
А что ты думаешь об этом? Комментируй!

Ваш e-mail не будет опубликован.